Главная / Публикации / С. Эсмаили. «Художественный конфликт в малой прозе В.М. Шукшина» (структура, типология)

3.3 «Боль души»: квинтэссенция темы смысла жизни

В размышления своих героев В. Шукшин вкладывает опыт собственного переживания на каждом из этапов своей жизни. Автор сам когда-то был студентом, а впоследствии смог добиться славы и признания, однако, как мы видим, ни одной минуты его душа не оставалась в покое, а была терзаема гложущей тоской, которую, вероятно, большинство окружающих просто бы не поняли, восприняли как бесполезную блажь, странную тягу к людям, не соответствующим ни его статусу, ни культурному уровню. «Боль души», которую ощущал сам автор, стала главным отличительным свойством героев В. Шукшина, которых беспокойство из-за будничных событий жизни приводит к глобальной тревоге о всечеловеческой душе. Иногда экзистенциальный конфликт, возникающий от столкновения идеалистических представлений героя с реальным миром, приводит к неудовлетворенности человека собственной жизнью и окружающей действительностью. Главный объект эстетических поисков автора — это сам человеческий характер: «Любые разгадки тайны человека важны для В. Шукшина, он всеми гранями своего творчества предостерегает от упрощенного подхода к человеку. В процессе постижения сущности человека и смысла его жизни для В. Шукшина оказывается важнее всего сама жизнь человека: человек для человека, личность и безликость, один и много (государство и народ); мир и человек — вот те проблемы, которые составляют ядро философской концепции человека у Шукшина» [96, с. 101].

Характеры В. Шукшина историчны, каждая отдельная судьба вплетена в глобальную судьбу страны, и все ее перипетии непосредственно отражаются на мировосприятии, становлении характеров, формировании человеческих ценностей. По мнению американского критика Эдварда Брауна, «Типичный герой Шукшина — это сельский житель, попавший в какую-нибудь переделку, которая обычно является результатом его попыток отстоять свои права против принуждения к спокойной, оседлой жизни» [150, с. 172].

Детство, мечты, образ жизни героя — вот основной ключ для создания характера в руках В. Шукшина. Совершенно отчетливо можно распознать довоенное и послевоенное поколения. Особое место отведено тем, чье детство и юность, то есть период становления личности, пришлись именно на военные годы. По вполне понятным причинам им «перепало» сильнее всего. Осознавать свой мир как войну с того самого момента, когда начинаешь осознавать себя, означает на всю жизнь сохранить особое отношение к окружающему. Взрослому человеку в какой-то мере проще: он помнит, как было раньше, знает, что война — это не перманентное состояние, и уверен, что она обязательно закончится. А вот тот, кто идентифицирует свои первые воспоминания именно с войной, навсегда сохранит ее внутри себя. И вся его последующая жизнь — всего лишь неуверенное, шаткое ожидание. А если на самосознание, сформированное в таком ключе, накладывается еще и процесс урбанизации, то вполне понятно, что предсказание конечного результата — занятие крайне сложное и неблагодарное. Отсюда и богатейшая «коллекция» человеческих характеров, представленная в шукшинской прозе. Писатель не описывает — он изучает, исследует мир своих современников, а параллельно с каждым из них — и себя самого. В. Шукшин замечает о разных характерах своих героев: «Мне интереснее всего исследовать характер человека-недогматика, человека, не посажанного на науку поведения. Такой человек импульсивен, поддается порывам, а следовательно, крайне естествен. Но у него всегда разумная душа. Рассказывая о таком человеке, я выговариваю такие обстоятельства, где мой герой мог бы вольнее всего поступить согласно порывам своей души» [162, с. 162].

Автор исследует причины «боли души» у своих персонажей. Духовная жизнь — главная черта, характеризующая шукшинского героя, эти люди живут, следуя своим чувствам, хотя иногда эти чувства идут вразрез с обыденной жизнью и представлениями окружающих. Например, героя рассказа «Верую!» Максим Яриков страдает от своей рутинной жизни, от ее обыденности и цикличной повторяемости. «Ну и что? — сердито думал Максим. — Так же было сто лет назад. Что нового-то? И всегда так будет... И все. А зачем?» [с. 522]. За ответами на свои вопросы он идет к знакомому попу, и тот отвечает следующим образом: «Ты пришел узнать, во что верить? — Ты правильно догадался: у верующих душа не болит. Но во что верить? Верь в жизнь!» [с. 252]. Ответ В. Шукшина ясен и недвусмыслен: «вера в жизнь» способна облегчить душевную тоску героя и придать смысл его существованию. Исследователь В. Коробов о «боли души» самого В. Шукшина говорит так: «Мне представляется, что главной болью этого писателя стала боль за человека той России, которую когда-то называли полевой, за тех, кто живет на периферии и появляется в литературе либо в качестве охваченных трудовым энтузиазмом в связи с очередной кампанией, либо в качестве «позабыт, позаброшен». А вот он показывает их как просто людей, нередко с очень нелегкой судьбой, заслуживающих нашего внимания, он любит и понимает их. Может быть, даже и нет в нашей литературе другого писателя, который так болезненно ощущал бы за собой чувство необъяснимой вины человека, который сам-то живет в иных условиях и в другой среде, а дума о тех, кто остался там, неотвязно преследует его...» [76, с. 143].

Кладовщик Тимофей Худяков в рассказе «Билетик на второй сеанс» ощущает «полный разлад в душе» [с. 601], он осознает бессмысленность и бесполезность своей прошлой жизни и мечтает получить еще один шанс, «второй билет», чтобы прожить жизнь заново «с любовью». В.М. Шукшин так говорит о собственном методе исследования души своих персонажей: «Меня больше интересует «история души», и ради ее выявления я сознательно много опускаю из внешней жизни того человека, чья душа меня волнует... жизнь души человека — потаенная душа его, боль, надежда» [118, с. 252]. «История души» Тимофея печальна: «Жалко. Прожил, как песню спел, а спел плохо. Жалко — песня-то была хорошая» [с. 606]. Как говорит В.Д. Серафимова, «Чудики Шукшина пытаются понять, осмыслить жизнь, чтобы «душа не болела»» [118, с. 249]. А сам В. Шукшин убежден, что надо просто верить в жизнь, чтобы облегчить «боль души».

Иван в рассказе «В профиль и анфас» потерял работу, его лишили водительских прав, он человек, который сам не знает, чего хочет от жизни, у него «душа все одно вялая какая-то», и душе «чего-то больше надо». Чалмаев говорит о такого типа героях: «Шукшин видит часто неуклюжую борьбу многих своих угловатых, косноязычных простаков с новыми напастями, — с растущей безответственностью в поступках, с навыками мещанского самоутверждения в духе рекламного ширпотреба, навыков некой «красивой жизни». Он видит все как бы сквозь огонь скорбей, грядущих печалей» [149, с. 83].

Мучительное нравственное искание и оправдание своей жизни в каждом отдельном случае находит индивидуальное выражение: «Тревожные раздумья о смысле жизни окрашиваются в прозе В. Шукшина в разные тона: трагическую безысходность и светлую печаль, крик души на пределе и скорбные думы о конечности бытия, печальные мысли о сиюминутности человеческой жизни, в которой так мало места было красоте» [96. 149]. Причины «боли души» у героев В. Шукшина различны;

можно рассмотреть три категории мятущихся персонажей. У представителей первой группы «боль души» обусловлена личными проблемами. Старика Глухова («Бессовестные») гложет одиночество. Старуха Кандаурова («Письмо») беспокоится о судьбе своей дочери, уехавшей в город: «Она мне дочь родная, у меня душа болит, мне тоже охота, чтоб она порадовалась на этом свете!» [с. 592].

Некоторые герои мечтают о возвращении к прошлой жизни, к деревенскому быту, как, например, Колька Паратов в рассказе «Жена мужа в Париж провожала»: «Мысли от машин перескакивали на родную деревню, и начинала болеть душа. Понимал, прекрасно понимал; то, как он живет, — это не жизнь, это что-то нелепое, постыдное, мерзкое» [с. 616]. Лёнька в одноименном рассказе грустит в разлуке с родными, с домом: «часто, окончив работу, уходил за город, в поле. Подолгу неподвижно стоял — смотрел на горизонт, и у него болела душа: он любил чистое поле, любил смотреть на горизонт, а в городе не было горизонта» [с. 65]. Свои собственные переживания после отъезда из родной деревни В. Шукшин описывает в автобиографическом цикле рассказов «Из детских лет Ивана Попова». В. Коробов, сравнивая деревенского и городского героев В. Шукшина, так говорит о целях писателя: «Он хочет пробудить и у читателя интерес к этим людям и жизни, показать, как в сущности, добр и хорош простой человек, живущий в обнимку с природой и физическим трудом, какая это притягательная жизнь, не сравнимая с городской, в которой человек портится и черствеет. И в этом нет никакого ретроградства и консерватизма, а есть своя правда; подавляющее большинство населения страны живет такой жизнью и заслуживает не интеллигентничающего сострадания, а понимания и уважения, к которым, мне думается, и зовет В. Шукшин в свои повестях и рассказах» [76, с. 144]. Герои, душевную боль которых вызывают одиночество, расставание с родными местами, личные проблемы, заслуживают искреннего сочувствия читателя.

У шукшинских героев второй группы «боль души» проистекает из социальных конфликтов и проблем, возникающих в личной и общественной жизни. Николай Николаевич Князев, герой рассказа «О смысле жизни» (цикл рассказов «Штрихи к портрету»), допытывается у окружающих, знакомых и незнакомых, в чем они видят смысл жизни, его беспокойная душа хочет разбудить людское сознание и установить порядок в обществе. Саша Ермолаев, герой рассказа «Обида», — эмоциональный человек с обостренным чувством справедливости; столкновение с грубиянкой-продавщицей заставляет его задуматься о проблемах общества в глобальном масштабе: «он не мог никак понять: что такое творится с людьми?» [с. 569]. Он чувствует боль в душе и пытается разобраться в природе человеческого равнодушия и, в целом, в смысле жизни. Российские и американские критики, рассматривая произведения В. Шукшина, находят общие особенности любимых героев писателя: «эти герои, как натуры сильные, нравственно чуткие, пребывают в состоянии жестокого внутреннего разлада» [150, с. 172].

Третий тип героя с «болью души» очень важен для В. Шукшина. Эти люди не находят себе покоя по той причине, что стремятся отыскать высшую правду и решение глобальных экзистенциальных проблем, они постоянно пребывают в состоянии внутреннего конфликта из-за несовпадения их идеалистического взгляда на мир с суровой объективной реальностью. Старик Григорий из рассказа «Земляки» на вопрос, что у него болит, отвечает: «Душа. Немного. Жалко... не нажился. Не устал. Не готов, так сказать» [с. 335]. Григорий не готов к смерти, а долгая жизнь, прожитая в городе, не заставила его позабыть родных и давно покинутый дом. На закате своих дней он неузнанным возвращается в места, где родился, и в последний раз видит своего брата Анисима. Это свидание с прошлым необходимо Григорию, чтобы успокоить душу в предчувствии скорой кончины.

Максим в рассказе «Верую», не находя ответов на мучающие его вопросы, приходит за советом к попу; но сам священник тоже далек от душевного покоя, хотя и по-другому: «и ты со своей больной душой пришел точно по адресу, у меня тоже болит душа. Только ты пришел за готовеньким ответом, а я сам пытаюсь дочерпаться до дна, но это океан» [с. 524].

Океан жизни — это очень верное описание ситуации, в которой пребывают мятущиеся герои В. Шукшина: они буквально тонут в этом океане и готовы сделать всё, лишь бы отыскать ответы на мучающие их философские вопросы и тем самым облегчить душу, обрести «мир в себе». Творчество В. Шукшина — это не просто повествование о конфликте между городом и деревней, о семейных трагедиях и личных драмах; произведения автора полны глубинного смысла, сопряженного с некоей высшей правдой: «Настолько густо насыщены шукшинские произведения — раздумья «о смысле жизни» правдой этой жизни, правдой народной судьбы и судьбы отдельного человека. И всегда у В. Шукшина это внутренняя, душевная, правда, правда «истории души» — правда, во имя святого, высокого в человеке» [76, с. 326].

Некоторые герои В. Шукшина, такие, как Спирька Расторгуев («Сураз») или Бронька Пупков («Миль пардон, мадам!»), с точки зрения некоторых критиков считаются отрицательными персонажами. Однако В. Курбатов считает, что экстравагантность их поведения обусловлена всё той же «болью души»: «И все шукшинские «дураки» — мающиеся «без причины» мужики, у которых душа болит, и несчетные его врали, начиная с Пашки Колокольникова до Броньки Пупкова, вовсе не по вывиху душевному так выпадают из реальности. Они и врут-то потому, что старые связи навек порвались, а новых они не чувствуют, и вот им скучно жить, мало вялой нищенской правды повседневности».

Героев рассказов В.М. Шукшина обычно волнуют проблемы существования Бога, деятельности церкви, религиозных и нравственных убеждений людей. В основе таких рассказов, как «Космос, нервная система и шмат сала», «Верую», «Мастер», «Крепкий мужик», «Гена Пройдисвет», лежит конфликт главного героя с понятием Бога, существованием церкви и отношений с верующими людьми. Главной герой рассказ «Верую» Максим решил отправиться к попу для того, чтобы узнать: «у верующих душа болит или нет» [с. 522]. В других рассказах В. Шукшина («Крепкий мужик», «Мастер») находит отражение период безбожия в истории России.

Герои ранних рассказов В. Шукшина, таких как «Думы», «Два письма», «В профиль и анфас», «Земляки», просто сожалеют о «неправильно» прожитой жизни, но позже у писателя появились рассказы («Сураз», «Как зайка летал на воздушных шариках», «Билетик на второй сеанс», «Верую!», «Залетный», «Дядя Ермолай»), герои которых не только чувствуют «боль души» из-за своих жизненных ошибок, но и хотят что-то изменить к лучшему. Можно сказать, что «Смысл жизни, человеческих отношений «странные люди», «чудики» В. Шукшина открывают для себя страстно и мучительно. Они душевны, искренни, отзывчивы в радости и в беде, их отличает бесшабашная импульсивность самовыражения. Их неуправляемые порывы ломают рамки обывательской логики» [118, с. 255].

Творчество Шукшина, его рассказы не принадлежат однозначно к жанру комедии или трагедии, для его творчества нет границ и разделов в литературе, и его невозможно отнести к одной конкретной категории. Н.П. Толченова пишет об этом: «Но ведь даже пьесу Шукшина «Энергичные люди» никак не отнесешь «по жанру» к чистой комедии столь же безоговорочно. Ведь даже и тут все как-то своеобразно, неожиданно сплавилось, все особенно переплелось, — и откровенная злая сатира, и трагикомедия, и водевиль; где-то — в самой глубине замысла — звучат еще и явно драматические, а иногда и трагические ноты» [134, с. 19].

В поздних рассказах В. Шукшина нравственные страдания героев достигают своего апогея, доходящего до трагедии. Такие персонажи, как Алеша Бесконвойный в одноименном рассказе, паромщик Филипп Тюрин («Осенью»), Николай Григорьевич («Выбираю деревню на жительство»), практически всю свою жизнь проводят в душевных метаниях, размышляют о смерти и жизни, осуждают себя за неверные решения и поступки, и, как правило, их история заканчивается печально. Анализируя судьбы подобных персонажей, В. Коробов говорит: «Настолько густо насыщены шукшинские произведения — раздумья «о смысле жизни» правдой этой жизни, правдой народной судьбы и судьбы отдельного человека. И всегда у В. Шукшина это внутренняя, душевная, правда, правда «истории души» — правда, во имя святого, высокого в человеке» [76, с. 326].

Таким образом, мы приходим к выводу, что герои поздних произведений В. Шукшина стремятся к разрешению экзистенциальных проблем жизни, к высшей правде, их интересует поиск высшего смысла и правды жизни и стремление к истине, к Богу. Одним из факторов, породивших множество вопросов и требовавших глубокого осмысления, стал феномен, характерный не только для России, но и для большинства стран мира именно в этот исторический период: человеческая душа, человеческое сознание, экзистенциальные проблемы человеческой жизни. Именно это сложное, но крайне интересное время сформировало того самого В. Шукшина, в чьем творчестве мы наблюдаем непрекращающийся поиск равновесия между человеческим сознанием и реальной картиной мира. А.Г. Коваленко, изучая характер героев В. Шукшина, говорит: «Рассказы В. Шукшина, собранные вместе, составляют масштабное полотно, своеобразный внутренне завершенный роман в новеллах. «Боль души» всех его так сходных, но и одновременно очень разных героев словно суммируется в одну общую боль, имя которой Россия» [70, с. 78]. Эта «боль души» во имя Родины ярко проявляется у Степана Разина — человека со сложным характером, которого мучают проблемы народного быта. Разин, свободолюбивый казак, смельчак, военачальник, борется против рабства, за свободу России, свободу человека. В. Шукшин так говорит о Разине: «Я такого дурака люблю. Могуч и властен зов Родины, откликнулась русская душа на этот зов — и он пошел». Герои В. Шукшина демонстрируют богатство русской души. Эти характеры вечно пребывают в движении, в осмыслении жизни ради ее вечного продолжения и привнесения порядка и гармонии в мир людей.

В. Шукшин в своем творчестве борется за дальнейшее развитие всей современной культуры народа, всей России. Н.П. Толченова говорит об этом: «А он, воюя за нравственное благополучие нашего общества, здоровый мир современного человека, зорко видит все то, что нуждается не просто в мелких, частных поправках, но в самом крутом и решительном исправлении, что ровно не вяжется ни с теми идеалами жизни, которые исповедует деревенская старуха, ни с нашим зрелым, коммунистическим представлением о необходимом порядке жизни, о социально-справедливом, продуманно и заботливо устроенном человеческом бытии...» [134, с. 61].

Читая рассказы В.М. Шукшина, мы обращаем внимание на эволюцию творчества писателя, он постоянно расширяет проблематику текста. Его тематический охват чрезвычайно широк: от рассказов о странных, искренних и простодушных чувствах «чудиков» до постановки философских вопросов о жизни отдельного человека и истории всей Россию. «Примечательно, что писатель заставляет взглянуть на себя, на собственную жизнь и ее нравственное содержание человека сложившегося, взятого в момент душевного напряжения, сдвига, надлома, когда ему кажется, что силы и жизнь были им растрачены понапрасну, уже спел он песню своей жизни, но спел плохо: «...жалко — песня-то была хорошая»» [96, с. 149]. В.М. Шукшин — не только художник, но и историк, философ, видящий главной жизненной ценностью нравственность и чистоту человеческой души. Его персонажи ищут смысл своего существования, пытаются понять, в чем состоит предназначение человека на земле. Эти поиски истины, хоть и причиняют зачастую душевную боль, становятся в конечном итоге смыслом всей жизни героев В. Шукшина.

 
 
Яндекс.Метрика Главная Новости Обратная связь Книга гостей Ресурсы
© 2008—2018 Василий Шукшин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.