Главная / Публикации / А.И. Дмитриев. «Герои В.М. Шукшина как носители русского национального характера»

А.И. Дмитриев. «Герои В.М. Шукшина как носители русского национального характера»

Василий Макарович Шукшин вошел в историю отечественного искусства и культуры как гениальный актер второй половины XX века, ярчайший писатель, выделявшийся даже на фоне талантливейших «писателей-деревенщиков» 60-х годов, и кинорежиссер, стоявший особняком в тогдашнем кинопроцессе и потому не оставивший после себя ни талантливых последователей, ни бездарных подражателей. Сам Шукшин неоднократно говорил о том, что надо как-то определиться, выбрать что-то одно. В последние годы он склонен был отдать предпочтение писательству, хотел оставить Москву, уехать на Алтай. Однако и сразу после смерти в 1974 году, и, тем более, сегодня, очевидно, что все наследие Шукшина удивительно цельное, а каждая грань его уникального актерского, писательского и режиссерского таланта принадлежит одному «бриллианту» искусства России.

Благодатные процессы и в жизни, и в искусстве, имевшие место во второй половине 50-х, начале 60-х годов XX века, названные «оттепелью», вызвали к жизни феномен Василия Шукшина. Ощущение трагедии минувшего времени, связанной с войной и «культом», и надежды на возрождение духовной самостоятельности человека, породило новую литературу и новый кинематограф. Вершиной последнего стал фильм Михаила Калатозова «Летят журавли» (1957), в котором это ощущение «трагедии и надежды» было воплощено в традиционном для русского, но чуждого советскому искусству, мотиве «вины и искупления». Шукшин оттолкнулся от завоеваний художников периода «оттепели» и пошел дальше. Он показал сначала на страницах своих рассказов, а затем и в фильмах не просто героев из народа, а тех, в ком органично уживались и современные черты, и те, что были сформированы в недрах многовековой русской истории.

В этой статье мы остановим свой взгляд, в основном, на Шукшине-кинорежиссере. Он снял всего 5 полнометражных фильмов, но именно они обозначают логику развития всего его творчества. Иначе говоря, Шукшин обращался к кинематографу тогда, когда назревала необходимость поговорить со своим читателем и зрителем о самом главном и наболевшем, когда необходимо было обобщить, подвести итог пройденному и в жизни, и в искусстве. Далеко не всегда это удавалось. Он не смог, к примеру, осуществить грандиозный замысел картины «Я пришел дать вам волю», и по этой причине вместо нее появился самый неудачный, на наш взгляд, но от этого не менее шукшинский фильм «Странные люди» (1969).

Воплотив в первом своем полнометражном фильме «Живет такой парень» образ Пашки Колокольникова, в исполнении Леонида Куравлева, в котором со всей очевидностью проглядывали национальные и даже фольклорные черты, и, сказав зрителям, что он живет среди нас, Шукшин во втором фильме — «Ваш сын и брат» — исследовал те пути, которые открылись ему в 60-е годы с их громадными социально-политическими переменами в стране, и доказал, что он наш с вами «сын и брат». В сценарии «Я пришел дать вам волю» Шукшин исследовал исторические корни русского национального героя, прежде всего, в лице самого Степана Разина и, конечно же, плотника Матвея Иванова. В «Печках-лавочках» Василий Макарович впервые отправил своего любимого героя-чудика в путешествие, в большой и сложный для деревенского человека мир, который, в сущности, не принял его и нарушил его нравственную цельность. Разве можно подумать, к примеру, глядя на первые кадры фильма, что в финале герой Иван Расторгуев, в исполнении самого Шукшина, отважится дать взятку главврачу санатория, а потом на пляже всем своим видом демонстрировать свою полную неадекватность окружающим людям. В финале картины автор возвращает Ивана на свою родину и тот, глядя в объектив, скажет: «Ну, все, конец, ребята!». И это будет не столько конец фильма, сколько тех мытарств, которые испытал наш герой в своей поездке «к югу». Наконец, путешествие, предпринятое шукшинским героем в поисках «праздника души», находит свое полное завершение в возвращении «на круги своя» Егора Прокудина, в «Калине красной» — картине, придавшей всему творчеству Шукшина очевидную, с нашей точки зрения, логическую стройность и завершенность.

Хорошо известно, что советское искусствоведение и литературоведение вплоть до 60-х годов старалось избегать термина «русский», предпочитая «советский», если речь, конечно же, не шла о Древней Руси или дореволюционном искусстве. С приходом в кино Василия Шукшина, а в литературу целой замечательной плеяды писателей-«деревенщиков», коренные национальные проблемы, в которых они видели опору в тогдашних духовных исканиях, стали, наконец-то, предметом исследования в искусстве. Главная из этих проблем, особенно волновавшая Шукшина, была проблема состояния русской души в момент перехода общества в новое социальное бытие — из «деревенского», в котором сформировался национальный характер русских, в «городское». Шукшин, без преувеличения, первым понял, что в этом переходе главным будет не трудность освоения городской культуры бывшим сельским жителем, а столкновение их с «анонимностью» городской среды, к которой они абсолютно не были готовы. Вот почему шукшинские герои, являясь всегда носителями черт (хороших и плохих) русского национального характера, чаще всего не могут противостоять новой среде, не могут в нее вписаться и, от отчаяния, оказываются способны к самоуничтожению. Достаточно вспомнить, к примеру, такие рассказы Шукшина, как «Жена мужа в Париж провожала» или «Сураз», чтобы убедиться в этом.

Одним из самых ценных качеств героев и кинематографического, и литературного наследия Шукшина является их естество, доставшееся им по наследству от многовекового процесса формирования русского национального характера. Естество, чаще всего интуитивно осознаваемое героями Василия Шукшина, проявляется, прежде всего, в их реакции на всякого рода унижения человека человеком. Полное неприятие его практически всегда приводит героев к самым непредсказуемым результатам. Вот всего несколько примеров:

— не понравились «поганые ухмылочки» первого попутчика Ивану Расторгуеву из фильма «Печки-лавочки», и он, обозвав его «профурсеткой», пообещал псевдокультурного горожанина пустить «пешком, по шпалам!»;

— заскучал по дому Степка Воеводин из фильма «Ваш сын и брат» и тут же совершил, с точки зрения обывателя, немотивированный побег из мест заключения за три месяца до окончания срока;

— возмущенный безучастностью к человеческой судьбе в «анонимном» городе, совершает один за другим алогичные поступки Витька Борзенков из рассказа «Материнское поле», за что попадает надолго в тюрьму;

— изменила герою рассказа «Беспалый» жена, а он взял и отрубил себе два пальца.

Конечно же, естество героев Василия Шукшина далеко не всегда положительно. Автор не идеализировал их, не сочинял про них мифы, хотя у всех видел черты русского национального характера:

— не приемлемо «естество» героя Глеба Капустина, который своим агрессивным невежеством «срезал» в деревне всех заезжих интеллигентов в рассказе «Срезал»;

— вызывает сожаление герой Иван Расторгуев из «Печек-лавочек», который утрачивает в своей поездке «к югу» свою нравственную чистоту и лишь в финале ленты становится равным самому себе;

— смешон и жалок Игнат Воеводин на фоне своей деревни и земляков из фильма «Ваш сын и брат», хвастающийся своей жизнью в Москве;

— Андрей Корчуганов из рассказа «Свояк Сергей Сергеевич» даже не заметил того момента, когда в обмен мотора на лодку, подаренную ему нахрапистым рвачем — свояком, он, в сущности, теряет свое нравственное «я».

Среди героев творчества Шукшина немало и таких, чье «естество» невероятно воинствующего свойства. Таков, к примеру, мастер по ремонту телевизионной аппаратуры и доморощенный философ Н.Н. Князев из гениального рассказа «Штрихи к портрету». Как он пытается, несмотря ни на какие обстоятельства, доказать всем окружающим, что жизнь — это бесконечный процесс созидания лучшего общества, которым, по его наивному мнению, можно и должно разумно управлять.

Таков, конечно же, и Егор Прокудин из пронзительной «Калины красной». Этот кинематографический шедевр мы рассмотрим наиболее подробно.

«Калина красная» вышла на экраны страны в марте 1974 года. Ее успех был феноменальный, и на этот-то успех наложилась совершенно неожиданная смерть Шукшина (ему было всего 45 лет) 2 октября 1874 года, которая была воспринята как национальная трагедия [1]. Картина пользовалась успехом у всех слоев общества. Одни увидели в ней мелодраму, другие — трагическую драму. Одни успех ее объясняли тем, что миллионы людей невинно пострадали в сталинские времена и потому Егор Прокудин заслуживает не осуждения, а жалости, несмотря на то, что свои 5 судимостей он получил за воровство. Другие сочувствовали герою, исходя из знаменитой поговорки: от тюрьмы да от сумы не зарекайся. Одни увидели в ней конкретную, полную жизни историю любви бывшего заключенного и «заочницы» Любы Байкаловой в исполнении Лидии Федосеевой, а другие очень глубокий обобщающий смысл, касающийся целой исторической эпохи перехода России из «деревенского» в «городское» социальное бытие. Кроме того, «Калина красная» была духовной автобиографией самого Шукшина и потому воспринималась как исповедь сына своего века. Шукшин не раз говорил о том, что в его жизни вполне могла бы быть и воровская судьба.

О главном герое — Егоре Прокудине — его убийца Губошлеп в исполнении Георгия Буркова сказал: «Он человеком никогда не был. Он был мужик. А их на Руси много». Этот мужик, изменивший двадцать лет назад традициям жизни своих предков — землепашцев, но удивительным образом не утративший коренные черты русского национального характера, главная из которых — это, конечно же, совесть, начинает на наших глазах мучительную борьбу за возвращение самого себя в ту среду, в которой сформировался его тип и характер. Поиск Егором Прокудиным «случившейся утраты» оказался настолько убедительным, настолько бередил душу зрителей, что подавляющее большинство из них, совсем недавно таких же деревенских жителей, восприняли картину Шукшина как зеркало своего духовно-социального состояния. Вот откуда потрясающий успех «Калины красной» в целом у нашего народа. Отсюда же ощущение завершенности творчества Василия Макаровича Шукшина и исполнение им в полной мере своего предназначения как художника. Если говорить о доминирующей жанровой природе этого фильма, то со всей ответственностью можно говорить о том, что это философская притча об исторически неизбежном переходе России из крестьянской цивилизации в городскую с резкой потерей культурного континуума русского национального характера. Егор Прокудин — вор, который в человеческом общежитии является анонимом, в силу «анонимного» существования человека в городе. Но сохранившиеся в этом герое черты русского национального характера все время бередили его душу, и потому он предпринял несколько попыток возвращения в сельскую среду, осознал всю трагичность своей измены (особенно после встречи с матерью), а так как в этой жизни, по словам Василия Шукшина, за все нужно платить, история заканчивается трагической смертью героя.

Литература

1. Коробов В.И. Василий Шукшин. — М.: Молодая гвардия, 1999. — 416 с.

 
 
Яндекс.Метрика Главная Новости Обратная связь Книга гостей Ресурсы
© 2008—2017 Василий Шукшин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.