Главная / Фильмография / «Прошу слова» (1975)

«Прошу слова» (1975)

Оригинальное название: «Прошу слова»
Жанр: драма
Формат: цветной
Режиссер-постановщик: Глеб Панфилов
Режиссер: Я. Нахамчук
Авторы сценария: Глеб Панфилов,
Актеры: Инна Чурикова, Николай Губенко, Виталий Жабовский, Катя Волкова, Леонид Броневой, Дмитрий Бессонов, Валентина Ковель, Вадим Медведев, Л. Большов, Николай Сергеев, Александра Охитина, Владимир Казаринов, Константин Тягунов, Василий Шукшин, (озвучивал Игорь Ефимов), Владимир Ляхов, Николай Пеньков, Т. Садовская, Н. Еремеева, Эрнст Романов, Сергей Жукович, А. Чхеидзе, Т. Непреенкова, А. Рыжова, Витя Марейчев, Андрей Григорьев, Александр Суснин, Баадур Цуладзе, Юрий Шепелев, Марина Юрасова
Главный оператор: Александр Антипенко
Оператор: А. Бахрушин
Композитор: Вадим Биберган
Песни исполняет: Леонид Утесов и его Оркестр
Звукооператор: Эдуард Ванунц
Художник-постановщик: Марксэн Гаухман-Свердлов
Художник по костюмам: Н. Доброва
Художники-декораторы: В. Орлов, М. Краковский
Художник по гриму: О. Смирнова
Фотограф: Ж. Блинова
Мастер по свету: В. Литовченко
Монтаж: М. Амосова
Директор: Н. Неелов
Длительность: 2 часа 16 минут (две серии)
Язык: русский
Страна: СССР
Производство: «Ленфильм»
Год: 1975
Премьера (мир): 29 ноября 1976

События фильма происходят примерно в середине 1970-х годов. Главная героиня фильма Елизавета Уварова (Инна Чурикова) становится председателем городского совета старинного города Златограда. На новом высоком посту проявляются ее лучшие человеческие качества. Она вей душой отдается новому проекту моста, который должен соединить старую и новую часть города.

Интересные факты

На роль главного героя фильма пробовался Владимир Высоцкий.

В одной из сцен семья Уваровых смотрят по телевизору программу «Время». Ведущий программы Игорь Кириллов рассказывает о военном перевороте в Чили. Из этого можно сделать вывод, что события фильма происходят в 1973 году.

В кинофильме звучат песни «Битлз»: «Ob-La-Di, Ob-La-Da», «From Me to You», «She loves You».

Награды, фестивали, номинации

«Юбилейный приз» фестиваля на XX Международном кинофестивале в Карловых Варах, ЧССР (1976) (Глеб Панфилов).

Почетный диплом на Международном кинофестивале цветного кино в Барселоне, Испания (1977) (Александр Антипенко).

Отзывы о фильме

...Была когда-то веселая, озорная девчонка с длинными косами, готовыми расплескаться, распутаться на ветру. Девчонка бежала за ними, за ветром... Просто так, от переполненности жизнью. Звали ее тогда Лиза, а стала Елизаветой Уваровой. Стала прямая, строгая, застегнутая на все пуговицы жакета-мундира, смягченного белым жабо. Волосы, затянутые в безукоризненный пучок, обнажили чистый высокий лоб, незамутненный колебаниями и сомнениями. Глаза открыты истине, но прикрыты толстыми стеклами очков. Устремлены к заданной цели, прямой мишени. Рука твердая, вытянутая в персте указующем, — попадание в десятку, осечка невозможна. Только иногда за стеклами очков вдруг пробежит что-то девчоночьи-растерянное, трогательно-беспомощное. Пробежит и спрячется. [...]

Дар любить Чурикова открыла и в этой, самой чуждой, как она говорит, ее природе женщине. И мы сквозь всю картину пронесли воспоминание о ее русых, развеянных ветром волосах, о стрекочущем в поле смехе, о тишине семейного очага, огонь которого она разожгла и... потушила. Ничего она вроде бы не нарушала, все на своих местах — собрания сочинений, портреты, грамоты ворошиловского стрелка, ружье... Ружье, которое стреляет не только по законам драматургии, но и по законам жизни. И оно выстрелило. Но это потом, после.

А тогда, когда все они еще были вместе — и муж, и дочь, и сын, — тогда-то чего не было? Ерунды, самой малости, о чем только в старом танго поется, — «божества» не было, звезды над головой не было; а вот мечта, которая преследовала еще оттуда, из «Сильвы», — мечта осталась. Только видоизмененная — построить мост, чтобы на другой стороне реки появился зеленый город. Вот такая мечта — одна на всю жизнь. [...]

Елизавета Уварова любит мост. Но и она узнала предательство любви, когда мост, взлелеянный ее мечтой, «обвалился», не успев стать реальностью. И она помнит тот день, когда вплотную подошла к месту, где жить, казалось бы, нельзя. Когда мечта дала не крылья, а трещину, а Уварова создана для мечты, «как птица для полета».

Уварова любит мост с не меньшей страстью, чем Паша — своего зоотехника, Анна — мужа Афанасия. [...].

Она, чемпион, привыкла побеждать и, побеждая, успокаиваться. Но поражение любви — не спортивное поражение привыкшего к победам чемпиона. Ее страдания куда человечней и потому безоружней.

Раньше, когда появлялась трещина в ее миропонимании, Уварова старалась все увязать, связать, склеить. Распределить по папкам «Дело», пока в «Дело» не вторглась любовь. [...]

Любой разрыв (срыв) не должен нарушать нормальное течение жизни. Трагически погибает сын — она высушена, изжита горем. Но Уварова — «железный» человек. После похорон она выходит на работу, возвращается на свой пост. [...] «Надо» — это слово превалирует над всем, даже когда вступает в противоречие со здравым смыслом.

Почему же, несмотря на жесткость и яростную сверхтребовательность Уваровой — к себе, к людям, мы все же по-человечески расположены к ней? Потому, что видим, как она одинока. Какой странной, все той же «чокнутой» кажется домашним и сослуживцам [...]. [...] Ее не понимают, потому что все живут как живут, не требуя многого ни от себя, ни от окружающих. Она же требует — от себя прежде всего. [...]

Добровольное общество содействия — вот что открыла Чурикова в Уваровой и отчего мы, сопротивляясь, все же потянулись к ней сердцем. [...]

За человечеством Уварова не видит человека. [...] И теряя, теряется сама. Чувствует, что уходит из ее жизни реальность, уходят те, кого она любила, — муж, дети, друзья... И всю свою нерастраченную любовь она вкладывает в... мост [...]

Драма Уваровой в том, что она любит мост, как должно любить человека. Но мост безлик. За ним не одно, а десятки лиц, которые, в свою очередь, за мостом не видят Уварову. А видят графу в плане, строку в бюджете, часть целого, ибо дело есть дело, а для Уваровой дело есть любовь. Глумясь над своей женской природой, эксплуатируя ее небезграничные возможности, она пытается взвалить на себя все — и город, и мост, и семью. Все за всех — сама. И теряет сама — мост, сына, семью.

Добравшись до этого парадокса личности Уваровой, Чурикова создала образ, который не отталкивает канцелярской сухостью и бюрократической выучкой, а притягивает человеческой неприкаянностью в той жизни, в которой она, казалось бы, закреплена, защищена своим в ней местом. [...]

На том высоком совещании, где не приняли ее мост, мы не были. Но, как всегда у Чуриковой, все увидели. [...]

И опять, уже в который раз, поразились мы, как долго и давно живем рядом с героиней. Подробности, которые они с Панфиловым извлекают из малейшего эпизода, к концу фильма проясняют не просто историю одной жизни, а смысл этой жизни. Ее судьбу.

Гербер А. Судьба и тема: этюды об Инне Чуриковой. М., 1986. С. 27—88.

Подчинение индивидуальных стремлений человека некой высшей надличной идее — безусловное в культуре двадцатых-тридцатых годов, пропитанной грандиозной энергией мифотворчества, в фильмах Панфилова обнажает свою жесткую конфликтность. Она усугубляется еще и тем, что в личном, интимном его герои проявляют такой же максимализм и такую же самоотверженность, как и в борьбе за социальные свершения.

И только в фильме «Прошу слова» непримиримость враждующих между собой стихий панфиловского героя, казалось бы, неуклонно и — при этом любовно-издевательски — разрешается в пользу общего, сугубо далекого. Но разрешение это — мнимое. И расплата за такой выбор слишком велика. И хотя торжественный ритм песни политкаторжан «Вперед, друзья, вперед, вперед, вперед» перекрывает игривый, легкий и человечный мотивчик фокстрота из «Сильвы» в исполнении Л. Утесова, «Прошу слова» — самый неоднозначный, переломный для панфиловского миросозерцания фильм.

Абдуллаева З. Высокая болезнь // Искусство кино. 1990. № 11.

 
 
Яндекс.Метрика Главная Новости Обратная связь Книга гостей Ресурсы
© 2008—2017 Василий Шукшин.
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.